Частенько поднимается тема о том, что независимость Чечне не предоставили исключительно потому, что не хотяли потерять имеющиеся там нефтяные ресурсы. Причём, как правило, об этом говорят не сами чеченцы, а та категория, которую мы ласково называем изряднопорядочными.
В связи с этим, было бы неплохо прояснить, что такое сейчас в Чечне нефть.

Наряду с Азербайджаном, Чечня - одна из старейших нефтяных провинций бывшего СССР. Начало промышленной добычи нефти в Чечне было положено в 1893 году. Накопленная добыча с начала разработки чеченских месторождений превысила 420 млн. тн.
Перед началом ВОВ, добыча нефти в Чечне составляла 4 млн. тн, однако в ходе военных действий нефтяная инфраструктура была полностью разрушена. После войны, добыча была восстановлена и с конца 50-х годов, с открытием новых высокопродуктивных залежей устойчиво росла, и достигла максимума на уровне 21,3 млн. тн в 1971 г.
Затем, по мере выработки месторождений, снизилась к 1980 г. до 7 млн. тн, а к 1990 – до 4 млн. тн – т.е. фактически до уровня начала 40-х гг. При этом, степень разведанности запасов по республике составила 80%, доказанные запасы – 50 млн. тн, вероятные – 100 млн. тн.
В Чечне была создана мощная нефтеперерабатывающая промышленность. В Грозном функционировали 3 НПЗ суммарной мощностью 19 млн. тн (завод им. Шерипова, Грозненский, и Новогрозненский им. Анисимова), на которых производилось до 6% бензина и до 90% авиационных масел от общего объёма выработки в СССР. Был построен Грозненский химкомбинат (основной продукт – полиэтилен высокого давления), кроме того, прямогонным бензином с Грозненской группы НПЗ по трубопроводу обеспечивался крупнейший в СССР производитель полиэтилена низкого давления – Буденновское ПО «Ставропольполимер», одно из важнейших промышленных предприятий Ставропольского края. Работал один из ключевых институтов в области нефтепереработки и нефтехимии - ГрозНИИ, в котором, например, были созданы советские технологии каталитического крекинга.
Кроме того, Грозный был важным узлом транспортировки нефти, где объединялись потоки местной, западно-сибирской, тенгизской (Казахстан) и азербайджанской нефтей,
с последующей прокачкой в Туапсе и Новороссийск (через Тихорецк). Объём прокачки нефти составил в 1990 г. 58 млн. тн.

До 1994 г. производственные показатели нефтяного комплекса Чечни (объединённого в ГУП «ЮНКО») стабильно снижались (переработка упала трёхкратно), сфера реализации нефти и нефтепродуктов полностью криминализировалась. После начала известных всем событий, добыча нефти резко упала до уровня менее 1 млн. тн, переработка была остановлена ввиду прекращения поставок из Западной Сибири, периодические попытки возобновить прокачку по маршруту Баку-Тихорецк успеха не имели ввиду исчезновения объёмов в пути по понятным причинам. Получили широкое распространение извлечение и переработка нефти кустарными способами, о чём в целом достаточно информации в различных источниках. В 1997 г. «ЮНКО» указом А.Масхадова была расформирована.

К настоящему времени транспортная инфраструктура Чечни является невостребованной. Потоки Западно-Сибирской нефти, прокачиваются до Тихорецка по другим МН Транснефти, тенгизская нефть – по системе Каспийского трубопроводного консорциума (Тенгиз-Новороссийск), объёмы ГНКАР (Государственная нефтяная компания Азербайджанской республики) – по сооружённому Транснефтью трубопроводу в обход Чечни. АМОК (Азербайджанская международная операционная компания, работающая по проекту АЧГ - месторождения Азери-Чираг-Гюнешли) после ввода трубопровода Баку-Джейхан имеет двукратный запас мощностей по транспортировке.
В связи с падением внутреннего спроса на нефтепродукты, уже в середине 90-х стали невостребованы и нефтеперерабатывающие мощности, которые к настоящему времени практически полностью разрушены. Обеспечение Северного Кавказа нефтепродуктами осуществляется в основном из ресурсов Волгоградского НПЗ (который был, кстати, одним из основных поставщиков топлива федеральным силам в период военных действий), а также Самарской группы, Краснодарских заводов и Астраханского ГПЗ. Сейчас прорабатывается вопрос строительства в Грозном небольшого НПЗ мощностью 1 млн. тонн.
Грозненский химкомбинат не подлежит восстановлению.

По основной теме данной заметки. Добыча нефти Грознефтегаза, контрольный пакет которого принадлежит Роснефти, в настоящее составляет около 2 млн. тн в год, то есть менее 0,5% от объёма общероссийской добычи и увеличение не прогнозируется. Реализация нефти в 2005 г. составила 720 млн. долл. Исходя из средней налоговой нагрузки на нефтяные компании, российский бюджет получил с этой суммы порядка 350 млн. долл. Финансирование Чечни за счёт федерального бюджета составляет 1 млрд. долл. ежегодно. То есть, все разговоры о том, что Россия цепляется за чеченскую нефть, и это основной источник проблемы, несостоятельны. Естественно в рамках ограниченной группы людей, это серьёзный бизнес, однако даже в самом крайнем случае такие вопросы решаются стрельбой в узком кругу, а никак не войнами.

Источники:
[ 1 ]. Журнал 'Международная информация нефтяной индустрии', # 1, 1995 г. «Чеченская республика: нефтяной ракурс». via http://www.nefte.ru/
[ 2 ]. В.Павлов – «Нефтяная трагедия Чечни».
[ 3 ]. Александр Якуба, ИА «Росбалт» «Рамзан хочет нефти...»
[ 4 ]. Собственная информация.


Прибавление по версии о связи войны с нефтью Каспия.
Периодически в прессе появлялись мнения о том, что война в Чечне связана с нефтью Каспия (в первую очередь – азербайджанской нефтью), который в своё время объявили чуть ли не вторым Персидским заливом, выбором маршрута её транспортировки и лоббированием проекта Баку-Джейхан. Однако же, реально действующий проект сейчас – АЧГ, эти месторождения были открыты ещё советскими геологами. Хотя объём добычи там немаленький – более 23 млн. тн в год, но это далеко не Персидский залив. Баку-Джейхан же – в первую очередь проект политический, призванный направить потоки углеводородов, минуя территорию России, и, скорее всего, был бы построен вне зависимости от ситуации в Чечне. Это личное мнение.

 

взято из ЖЖ psvl http://psvl.livejournal.com